DYATLOV PASS

Допрос свидетеля Аксельрода М. А.

19-03-2018

Лист 316

Протокол
допроса свидетеля

24 апреля 1959 г. прокурор-криминалист Свердловской области Иванов допросил в качестве свидетеля, с соблюдением ст. 162-168 УПК РСФСР

  1. Фамилия, имя и отчество Аксельрод Моисей Абрамович
  2. Год рождения 1932
  3. Место рождения г. Великие Луки
  4. Национальность еврей
  5. Партийность б/п.
  6. Образование В 1956 г. окончил Уральский политехнический институт
  7. Занятие: а)в настоящее время: ст. мастер Уральского завода Гидромашин.
    б) в момент, к которому относятся показания: там же
  8. Судимость: не судим.
  9. Постоянное местожительство: р.п. Сысерть, ул. Розы Люксембург, 6, кв. 2
  10. Паспорт: -
  11. В каких отношениях состоит с обвиняемым: -

Об ответственности по первой части ст. 92 УК за отказ от дачи показаний и по ст. 95 УК РСФСР за дачу заведомо ложных показаний предупрежден
Аксельрод (подпись)

оборот

В феврале-марте 1958 года я был руководителем туристического похода третьей категории трудности по Приполярному Уралу (район г. Народная). Среди участников похода был Игорь Дятлов. До этого похода мы вместе с ним были участниками похода III категории трудности по Саянам летом 1956 года. Первое моё знакомство с Дятловым относится к 1954 году, ко времени поступления его институт. Я в то время был председателем бюро туристической секции института. С точки зрения туристического опыта, да и просто человеческих качеств, Дятлова я в то время знал плохо, так что первое наше знакомство относится к 1956 году (имея в виду близкое знакомство).

Наша Саянская группа состояла, в основном, из выпускников института и инженеров, возможно поэтому второкурсник Дятлов держался несколько замкнуто, ни с кем особенно близко не сходясь. Большим вкладом Дятлова в организацию похода были два приемопередающих ультракоротковолновых устройства его конструкции, предназначенные для связи между плотами. Я был завхозом группы, на обязанности моей кроме всего прочего лежало распределение груза между участниками группы, и с этой стороны у меня после похода была серьезная претензия к Дятлову т.к. я доверил ему самому взвесить свое радиохозяйство и он обсчитал меня на 3 килограмма. Это выяснилось день на третий. Подчеркиваю, что это моя единственная к нему претензия и что это было в 1956 году. После Саянского

Лист 317

похода я уехал работать в Сибирь, оттуда вернулся только в апреле 1957 года и следующая моя встреча с Дятловым состоялась зимой 1958 года в зимнем походе. Должен сказать, что Дятлов меня поразил своим несходством с Дятловым, которого я знал в 1956 году. Это был открытый, самоотверженный, добрый товарищ, серьезно относящийся к достойным серьезности вещам, умеющий внести, там где нужно, разрядку дозой юмора и т.д.

В группе он пользовался большим уважением за вышеуказанные качества, за физическую выносливость, за туристический опыт, за готовность в любой момент к выполнению любого дела. Естественно, что как начальник, я ценил в нём более всего последнее качество. Долгие дни и ночи, вечера, проведенные у костра привели к тому, что мы с Дятловым стали друзьями. Моим другом стал человек, который, кроме серьезного отношения к туризму (в чём мы с ним сошлись), очень серьезно относился к жизни во всех её проявлениях (книги, учеба, наука - особенно, искусство).

После того, как Дятлов и другие участники группы (Бартоломей, Хан, Чубарев, Хализов) побывали в походе III категории трудности, они получили право руководить подобными походами. И уже при нашем возвращении в Свердловск встал вопрос, куда идти этим туристам будущей зимой. Вопрос этот окончательно решён не был и о окончательном маршруте Дятлова я узнал только от него самого

Лист 318

примерно в ноябре месяце. В ноябре или декабре, точно не помню, я был свидетелем приезда Дятлова на заседание городской секции с проектом похода. Маршрутной комиссией проект был послан на консультацию к Масленникову. После окончания секции Дятлов и Колмогорова (она тоже была на этой секции) провожали меня до здания областной партийной школы. У нас шел разговор о многом, в частности о походе, я рекомендовал Дятлову поддерживать в походе железную дисциплину с тем, чтобы выходить как можно раньше. Лучше иметь время в запасе, чем нагонять его. Оба они, Дятлов и Колмогорова, вполне серьезно уговаривали меня принять участие в их походе. Судя по их настроению, оба не сомневались, что поход пойдет хорошо, и они многого ждали для себя. Пожалуй, это было уже не в декабре, а в январе, т.к. я теперь вспоминаю, что это была последняя наша встреча. Я обещал Дятлову, что заеду к нему где-то в 20 числах февраля и узнаю всё о их походе. Кончая этот раздел, хочу отметить, что к личным качествам Дятлова надо отнести его непосредственное выражение многих чувств, как восторг, удовлетворение, радость.
22 февраля, в воскресенье, используя свое пребывание в (слово "походе" перечеркнуто) Свердловске я зашел в общежитие № 10 УПИ в комнату к Дятлову. На мой вопрос, не приехал ли Дятлов, сосед его Чигвинцев, ответил, что нет, и что начались поиски группы. Там я впервые услышал о трагедии, услышал о том, что поиски начались. 23 числа я проработал день на заводе полностью, а 24 в двенадцатом часу ночи я начал звонить в Свер-

Лист 319

дловск с тем, чтобы узнать, нет ли чего о группе Дятлова нового. Позвонил Рубель. Она мне сказала, что улетел в Ивдель Масленников. Мне стало ясно, что дело принимает очень серьезный оборот. Примерно без четверти двенадцать я позвонил в штаб поисков в У.П.И., к телефону подошла знавшая меня Блинова, она же мне сказала, что утром в Ивдель летит самолёт и что, возможно, с ним можно будет улететь. В половине четвертого ночи я был в институте, а утром стал настаивать перед Слободиным о своем отъезде в Ивдель мотивируя своё требование опытом (я единственный в Свердловске, у кого четыре зимних похода высшей категории трудности) и тем, что Дятлов ходил в зимнюю "тройку" со мной и поэтому ему в какой-то мере должен быть присущ мой "творческий почерк", если можно так выразиться т.е. выбор пути на микроучастках, выбор ночлегов, пути восхождений и т.д. Не желая брать ответственность за мой вылет в горы Слободин мне отказал. Помог мне начальник учебно-спортивного отдела спортивного клуба УПИ - Мильман П.С., который созвонился с Репьёвым П.А., отрекомендовал меня и устроил мне командировку Г.К. Ф.К. и С. на поисково-спасательные работы. Вместе со студентами У.П.И. - радистами-операторами, туристами-альпинистами Согриным и Типикиным я вечером 25 февраля прилетел в Ивдель, где почти сразу пошел на заседание штаба поисковых работ. Я поставил под сомнение пребывание группы Слобцова на г. Отортен и предложил забросить туда нашу небольшую, но манев-

Лист 320

ренную группу под г. Отортен – самый Северный пункт маршрута группы Дятлова. После длительного обсуждения предложение было принято. Во время орга заседания штаба бросалась в глаза слабая компетентность членов его, за исключением Масленникова, в туризме вообще и в поисках организации подобного типа поисков в частности. В вину членам штаба этого поставить нельзя, но при таких обстоятельствах решение вопросов поисков на мой взгляд нужно было возложить именно на туристов, оставив за штабом общее руководство и организацию. 26 февраля, несмотря на плохую погоду моя группа (я был назначен руководителем) в составе Аксельрод, Согрин, Типикин, Ябуров, Чигвинцев была в 4 часа дня высажена с вертолета километрах в 8 восточнее высоты Отортен. Так как время шло к вечеру, я принял решение в этот день поисков не проводить, а остановиться на ночлег, что мы и сделали ниже границы леса в долине реки Сульпы. Утром 27 февраля в 8 час. 10 минут поисковой группой в составе Аксельрода, Согрина и Типикина мы вышли на поиски, оставив в лагере для связи с самолетом (об этом была договоренность заранее) Чигвинцева и Ябурова с радиостанцией Р.Б.С. Вернулись мы в лагерь лишь в седьмом часу вечера. За 10 часов поисков с пятнадцатиминутным перерывом на обед мы прошли поиском порядка сорока, сорока пяти километров, обойдя по границе леса всю долину западного притока реки Сульпы, осмотрев все перевалы между

Лист 321

вершинами гор Отортен, 1024, 1039; 1041, сделав траверс вершины Отортен с юго-запада на северо-восток и отдельно восхождение на Отортен с обходом карниза южного кара г. Отортен. С вершины горы была снята записка, датированная 1956 годом, оставленная туристами Московского Государственного университета. Около 1 часа дня пролетавший над нами самолёт сбросил вымпел с распоряжением осторожно продолжить дальнейшие поиски с сообщением о том, что все вещи и лыжи группы Дятлова найдены километрах в 12-13 южнее нас на склоне г. 1079. Для меня стало ясно, что группа Дятлова погибла и предложил обнажить головы. Было ясно, что без лыж группа никуда не могла уйти. При вылете из Ивделя у нас была договоренность, что 28 февраля в 4 дня за нами прилетит вертолёт. Около пяти часов вечера 28 февраля группа в полном составе была переброшена в Ивдель. Летели мы вместе с ивдельским райпрокурором Темпаловым. Он сообщил мне, что найдены раздетые трупы четырех человек: Дятлова, Колмогоровой, Кривонищенко и Золотарева (впоследствие опознан как Дорошенко). В Ивделе на вопрос Артюкова, каковы наши дальнейшие планы, я лично и вся группа полностью предоставили свое время в распоряжение штаба поисков и на следующий день, вместе с областным прокурором-криминалистом Ивановым Л.Н. Согрин, Типикин и я были высажены вертолетом в район поисков. Нам сразу же пришлось переодеть вместо ботинок валенки и принять участие в погрузи в вертолет палатки и ве-

Лист 322

щей группы Дятлова. Три трупа - Колмогоровой, Дятлова и Дорошенко, лежали уже привезенными из долины у камня-останца на перевале. Группа сразу же приняла участие в поисках. Мне было ясно, что из долины никто из погибших не ушел, время прошло много, трупы, безусловно, лежат под снегом, и искать их нужно только тут. С этого дня вплоть до дня вылета (9 марта) я ежедневно со щупом в руках принимал участие в поисках. Вначале участвовал в качестве руководителя своей, из пяти человек, группы, а затем, при отлете части туристов в Ивдель, в качестве руководителя всей штатской части поисковой группы. Тактика поисков установилась не с самого начала. Вначале поисковые группы шли широким поиском, редко и неглубоко протыкая снежный покров лыжными палками от палатки до кедра (1500 м) а затем тактика изменилась Поисковики, вставая близко друг к другу, локоть к локтю, шли вдоль или поперёк склонов аварийной долины, глубоко протыкая снег металлическими щупами. Этот метод дал результаты: 5 марта под снежным, толщиной наименьшей в 350 мм, настом был найден один из участников погибшей группы Рустем Слободин. Он лежал животом вниз, раскинув руки, на одной из которых - правой, был чем-то ссажен сустав большого пальца. На этой же руке были часы. На голове шапочка, на основании чего я считаю, что в момент гибели особенно сильного ветра не было, т.к. он неминуемо сдул бы шапочку с головы если не живого, то мертвого, Слободина. Одна нога, правая (могу ошибиться) была в валенке, левая без него, подтянута под правую ногу. Лицо очень

Лист 323

спокойное, никаких следов насилия при этом внешнем осмотре не было видно. Под коленями, грудью, т.е. частями тела, на которые распределялась тяжесть лежавшего человека, был слой полульда-полуснега толщиной около 70-80 мм, что позволило мне сделать вывод о том, что Слободин умер не мгновенно, а жил, после падения, ещё какой-то отрезок времени. Труп находился примерно посредине между Колмогоровой и Дятловым. Как известно, у кедра были найдены 2 трупа: Кривонищенко и Дорошенко, но тщательное исследование кострища позволяет считать, что у костра было больше людей. Основания эти у меня следующие: 1.) Судя по проделанной работе, двоим не под силу справиться с тем объемом работ, который там проделан. 2.) У костра найден маленький прожженный, явно женский платок. 3.) Найден оборванный обшлаг свитера темного цвета, какого нет ни на одном из уже найденных туристов.

Какого же, на основании моих личных впечатлений, рисуется мне картина гибели группы?
1 февраля группа встала поздно. Поздно потому, что накануне, судя по дневнику, группа очень устала, и потому, что утром, или уже после того, как был написан дневник, поздно вечером было решено делать лабаз с тем, чтобы хотя бы на три дня освободить натруженные предыдущим походом плечи, повысить скорость движения. Утром группа встала часов в 11 и приступила к устройству лабаза. Пока делали лабаз, пока разбирали что взять с собой и что оставить (накануне этого сделано не было, т.к. устройство лабаза было под вопросом), был готов завтрак.

Лист 324

Это было где-то часа в 2. И я считаю, что группа вышла не ранее чем полтретьего с места, ставя перед собой одну из 2х задач: 1) Перевалить из леса в лес, из долины Ауспии в долину Лозьвы или: 2) Учитывая то, что вот уже несколько дней группа шла по исключительно глубокому снегу, движение по которому чрезвычайно утомительно. Учитывая, что группа хорошо отдохнула на этой полудневке, поздно поела, продвинуться как можно дальше по границе леса, не заходя в лес (глубокий снег), в сторону Отортена так, чтобы следующий вечер заведомо быть у самого Отортена. Группа с облегченными рюкзаками выходит на маршрут, но относительно позднее время - часов 5, плохая видимость, точнее, отсутствие её заставляют группу остановиться на ночлег вне леса. Этого не исключает ни один из предлагаемых тут вариантов. Было ли решение о ночлеге на голом месте (я сознательно избегаю слово склон, т.к. считаю, что склон, как таковой, не сыграл никакой роли в их гибели) обоснованным? На мой взгляд да. Почему?

В прошлом году, на Приполярном Урале, у нас было четыре такие ночлега. Все они были в таких условиях, когда соображения безопасности группы диктовали необходимость останавливаться там, где есть место, пока ещё есть светлое время поставить палатку. Это было в сильные (-25 - 30° Ц) морозы и никаких поводов к тому, чтобы признать это решение тактически неверным не было. Так что у Дятлова были прецеденты, и они остановились на ночь не смалодушествовав, не слепо покорившись силам природы. Следует заметить, что практика высотного альпинизма - это ночевки только на

Лист 325

снегу, только в сильные морозы и, зачастую, в метель и пургу. Не исключено, что пока группа ставила палатку 2-3 человека ходили в разведку. Палатка поставлена. Палатка поставлена с учетом непогоды. Крепко натянуты скаты, на наветренную сторону внутри уложены рюкзаки, у входа устроена "баррикада" из печки, рюкзаков с тем, чтобы не задувало. В палатке, естественно, минусовая температура и нужно проявить слишком большую выдержку и самообладание, чтобы негнущимися руками в 25-30° градусный мороз писать, заполнять свои дневники. Единственно, на что хватило сил и юмора - это был выпуск "Вечернего Отортена". Именно вечернего, а не веселого, или чего-либо дневного или другого. Это труд их коллективных усилий, вместо того чтобы писать личные дневники. Лично мне буквы кажутся угловатыми, а почерк похожим на золотаревский, но со значительными изменениями. На морозе это возможно. Кстати из дневников явствует, что Золотарев любил рисовать и товарищ, судя по фотографиям, не без юмора. Вдоволь отсмеявшись отдохнувшая за день группа (практически пройдено всего лишь 2-3 километра с облегченными рюкзаками) группа ложится спать. В палатке тихо, только воет вокруг ветер. Для 8 из девяти ночлег в таких условиях дело новое. Один понадеялся на свою закалку и относительную теплоту, и не одел на ноги подбитые кошачьим мехом чулки, а может быть просто выложил их из рюкзака и не смог потом найти. Второй лёг в валенках, но ночью одна нога замерзла, и он, чтобы её от-

Лист 326

тереть, снял один валенок, или же, наоборот, одел на начавшую замерзать ногу валенок. Пробуждение было страшным. Мое твердое убеждение в том, что ничто и никто изнутри не смог вселить в ребят панический ужас. Изнутри в смысле в самой палатке. Значит, их принудило к бегству проявление каких то внешних сил. Если палатка спит, закрыта, то это либо очень яркий свет, либо очень яркий сильный звук, либо то и другое вместе. Может быть что сигнал к бегству подал один из вышедших помочиться товарищей, от удивления выронивший фонарик. У входа расстегнуто всего лишь несколько застежек. Треугольный торец палатки растянут хорошо, потому и одному то человеку пролезть нелегко. Толкотня, давка. Может быть в это время не знающий за что схватиться Слободин одевает валенок (свой ли?). Кому то попадает в руки спасительный нож. Не с первого раза, так с третьего палатка взрезана и начинается паническое бегство вниз, по ветру, туда, куда легче всего бежать. О том, что там лес, догадываются только потом. Я с группой туристов долго стоял на месте палатки с группой туристов (Согрин, Королёв, Баскин, Шулешко) и мы пришли к единодушному выводу, что если бы у них появился лишь один шанс вернуться, они вернулись бы и вернулись при любом ветре. Группа бежит. Но ведь это не животные, а молодые, энергичные, советские люди. Они бегут одной 2-мя группами. Где-то на гряде камней разбивает голову Слободин и вскоре падает. Но ведь палатки не видно, ноги

Лист 327

жжет холодный снег, а может Слободин замыкает группу беглецов, и он остается лежать на снегу. А где-то ещё раньше оторвалась и потеряла из виду последних Зина Колмогорова. Долго проблудив, и она ложится на снег. Остальные добегают до леса, до глубокого снега и начинают нечеловеческими усилиями бороться за жизнь. Ценой долгого времени отмороженных рук и ног костер зажжен и Дятлов, руководитель группы, верный товарищ, идёт на поиски отставших и там замерзает. А может быть вслед за ним уходит искать Дятлова и Слободина Колмогорова. До неё ещё не дошло, что дело идёт о жизни и смерти, что группе нельзя разбиваться, но она всё время была в коллективе (вначале ремесленное училище, потом школа, институт, туристская секция) и для неё туристский лозунг "Сам погибай, а товарища выручай" не пустая фраза. Она идёт в метель, вверх и сваливается обессиленная в снег и замерзает. У костра несколько человек. Они решили за кедром собрать больше лапника, зарыться в него и переждать непогоду, тем более, что тонких дров близко нет, ломать толстые им не под силу, да руки и ноги уже обморожены. Они понимают, что к палатке им уже не вернуться. Двое, Кривонищенко и Дорошенко, засыпая, умирают, а остальные в последней попытке спасти жизнь устремляются либо к лабазу, либо к палатке. На этом пути их настигает смерть.

Начинаются поиски группы. Найдена палатка. В то время, как в ней копались, из мешка и одеял могли выпасть и сухари, и не съеденный кем-то ранее кусок сала. Вряд ли кому придет в го-

Лист 328

лову, рано встав на ночлег, имея в запасе массу времени не окончив переодевание не кончив выпускать газету садиться за ужин.

Отдельно следует высказать свое мнение относительно организации и техники поисков. Организация поисков с момента приезда в Ивдель Масленникова (заброс десантов на маршрут в нескольких точках) никаких возражений не вызывает. Не вызывает также сомнений установившаяся к концу моего пребывания на месте поисков практика методического прощупывания наиболее вероятных мест нахождения безопас замерзших туристов. Считаю, что этот метод в условиях снежной зимы и имеющегося разрыва во времени между гибелью группы и началом поисков был наиболее рациональным. Естественно, что если бы поиски начались через 2 дня после гибели туристов, то лучшим был бы свободный поиск. Сейчас лишь можно говорить о том, что для более быстрого выявления расположения трупов в аварийной долине нужно было единовременно вначале занять поиском больше людей.

Встает вопрос о том, не имеет ли существующая методика подготовки туристских групп к походам какой-либо потенциальной опасности. К сожалению, да.
И вот почему:

  1. К сожалению у нас ни в системе Роспромсовета, ни в легкой промышленности не налажен выпуск соответствующего туристического снаряжения для зимних походов большой трудности, как то: 1. Клееные широкие лыжи с металлическим кантом. 2. Утепленные штормовые костюмы. 3. Спец ботинки. 4. Специальные палатки печки и т.д.

Лист 329

  1. В каждом отдельном районе Союза туризм отдан пущен на самотек. Существующее положение таково, что маршрут по Уралу можно утвердить в Молдавии, а молдавский маршрут в Свердловске. На мой взгляд следовало бы в каждом районе создать маршрутную комиссию, которая имела-бы право утверждать походы по этому району. Это, кстати, приведёт к тому, что группы к походам начнут готовиться заранее.
  2. На каждый большой туристический район следует, по образцу альпинизма, создать спасательные группы с неприкосновенным запасом продовольствия, снаряжения, с постоянным составом людей.
  3. Следовало бы дать задание сконструировать легкие рации, по которым можно было-бы держать связь самолетами, высылаемыми начальником спасательного отряда района над местами маршрутов групп.

М. Аксельрод (подпись)
24/IV/59 г.

Прокурор-криминалист
Иванов (подпись)

 

Dyatlov Pass Contact
Contact
Dyatlov Pass Newsletter
Newsletter
Dyatlov Pass: Open Discussion
Forum
McAfee Secure site